Муратов Игорь Михайлович – вот уже почти месяц исполняет обязанности главы Государственной таможенной службы Украины. Однако в таможенных органах работает с далекого 1999 года.

С тех пор он прошел долгий путь от самых низов, возглавляя различные управления и департаменты в таможенной системе.

В эксклюзивном интервью OBOZREVATEL Муратов поведал о ключевых задачах, которые стоят перед ним на столь ответственном посту, а также представил свое видение реформирования системы.

– Игорь Михайлович, 24 апреля текущего года распоряжением Кабинета Министров Украины вас назначили временно исполняющим главы Государственной таможенной службы Украины. Какие ключевые задачи вы ставите перед собой? Что, на ваш взгляд необходимо, чтобы изменить систему?

Ключевая задача передо мной сейчас одна – таможню необходимо восстановить. Мы видим, что система управления таможней разрушена. За последние полгода (может, немножко больше) решительных шагов по налаживанию взаимодействия между центральным аппаратом и таможнями на местах не сделано. И это не удивительно, поскольку для этого нужно понимать всю сложность, специфику и суть работы таможни.

Нужно сделать очень много.

Необходимы изменения в законодательстве, для того, чтобы таможенная система функционировала в четко определенных рамках.

Самый простой пример – форменная одежда. Нельзя чтобы государство на границе представляли таможенники, которые носят форму не установленного образца, ведь они – лицо государства для людей, въезжающих в нашу страну.

Уровень заработной платы таможенника. Мы слышали много обещаний, что он будет достойным. Кабмин издал постановление, где практически повторил те же оклады, которые были прежде. Не должен таможенник получать в два раза меньше, чем пограничник, который работает рядом с ним. Это неправильно. Мы понимаем, что таможенник защищает экономическую безопасность государства. Он работает с документами, связанными с торговыми операциями на многие тысячи, миллионы долларов. Понятно, что в такой ситуации очень велик соблазн поддаться каким-то коррупционным искушениям.

– Многие журналисты, эксперты писали, что таможенная система Украины во время Нефедова была чуть ли не до основания разрушена. Так ли это?

– По мнению многих моих коллег, в этом утверждении есть большая доля правды.

– Спасти систему еще можно?

– Уверен в этом.

– Игорь Михайлович, вы в очень непростое время возглавили службу. Карантин и коронавирус, связанные с этим ограничения – все это очевидно вносит коррективы в вашу работу. Насколько реально достижение тех целей, которые вы наметили перед собой, которые вам поставили Президент и Министр финансов?

Необходимо наладить работу службы. Таможня должна работать честно, прозрачно, защищать экономику страны, ее людей. Именно такие задачи передо мной поставил Президент и Министр финансов.

И мы движемся к выполнению задач и достижению поставленных целей.

Так, в мае мы внедрили автоматическое оформление таможенных деклараций.

Уже оформлено около 200 таких деклараций без участия инспектора таможни. Это значит что коррупционные риски сведены к нулю.

На сегодня идет апробация на трех таможенных режимах: экспорт, переработка на таможенной территории и реэкспорт.

Полученные наработки дадут возможность расширить сферу применения автоматического оформления и на другие таможенные режимы.

Мы работаем над тем, чтобы модернизировать наш таможенный кодекс, потому что есть необходимость в приведении его положений к лучшим европейским и мировым образцам, потому что у нас пробелы по полномочиям таможенных органов. В разных направлениях, в том числе правоохранительной деятельности. Чтобы бороться с контрабандой, с нарушениями таможенных правил, необходимо иметь не только печать, которую таможенник ставит на документы. Необходимо иметь, в том числе, оружие, с помощью которого таможенник может остановить машину с контрабандой.

Очевидно, в этом контексте следует говорить о том, что необходимо создавать в таможне соответствующее силовое подразделение. Раньше такое подразделение было и называлось оно “таможенная стража”. Сейчас почему-то уже много лет его нет. И поэтому пока главным оружием таможенника является его печать (иронично улыбается).

Мы работаем над тем, чтобы вернуть профессиональный праздник – День таможенной службы Украины, который традиционно отмечался 25 июня. Будем просить Президента, чтобы он издал соответствующий указ.

– Правда ли, что вы вернули в штатное расписание отдел внутренней безопасности, который будет отслеживать и предотвращать коррупцию среди таможенников?

– Вопрос не только в коррупции, потому что для предотвращения коррупционных правонарушений в структуре таможенной службы и таможен на местах функционируют подразделения по предотвращению коррупции. Внутренняя безопасность – это совершенно иное, ее основная функция – это профилактика правонарушений. Внутренняя безопасность должна работать на упреждение – анализировать и выявлять предпосылки правонарушений, возможных рисков для инспекторов и вносить соотвествующие предложения, чтобы их минимизировать. Потому что, как мы видим сейчас, подразделения по предотвращению коррупции работают с той информацией, которую мы получаем уже по факту о каком-то правонарушении.

Следует отметить, что при реорганизации служб на отдельные ведомства таможенное и налоговое подразделения внутренней безопасности остались в структуре Государственной фискальной службы.

Поэтому, да, это правда. Мы вернули в структуру подразделение внутренней безопасности. Это правильно, так как такие подразделения есть во всех серьезных организациях.

– В последнее время звучало много критики в адрес таможни, мол, проседает наполнение бюджета с помощью таможенных платежей. Видите ли вы пути решения этой проблемы? Можно ли улучшить эти цифры, учитывая, что в связи с эпидемией коронавируса экспорт и импорт существенно сократился?

– Конечно, показатели упали. Объемы падения в последние месяцы приблизительно сравнимы в стоимостном и количественном измерении, по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, это падение оценивается примерно в 20-30%.

Очень долго недопоступление таможенных платежей в бюджет списывалось на низкий курс, на падение активности, потом на коронавирус и т.д. Конечно, эти факторы объективны и их наличие нельзя не учитывать.

Но вместе с тем необходимо признать, что до последних дней контроль за таможенным оформлением на местах со стороны центрального аппарата практически отсутствовал. Сегодня мы работаем над исправлением этой ситуации. Мы создали рабочую группу, которая в режиме реального времени уже отслеживает рисковые декларации и применяет к ним систему таргетинга.

Таможенный кодекс в этой части довольно хорошо описывает таможенную процедуру, говорит о том, что если система управления риском определила какую-либо формальность, необходимую при оформлении (это может быть, к примеру, взвешивание машины или контейнера с товаром, рентген или таможенный досмотр, отбор проб или образцов товаров, чтобы определить, тот ли на самом деле это товар, который заявляется в таможенной декларации), то выполнение этой формальности является обязательным.

– В начале нашего разговора вы отметили, что для выполнения задач необходима поддержка всех ветвей власти. Но сейчас мы видим, что едва вы приступили к выполнению своих обязанностей, как вам уже начали вставлять палки в колеса, идет критика от различных групп влияния. Как вы к этому относитесь и читаете ли вы различные материалы, которые начали о вас писать?

 Я отношусь с пониманием к тому, что когда ты начинаешь ломать систему и наводить порядок там, где его не было, то обязательно будут подобного рода публикации. Это сигнал, что система сопротивляется. К этому нужно быть готовым.

До сегодня мы не были в публичном пространстве, мы работали над восстановлением таможенной системы. Возможно именно из-за недостатка информации возникло непонимание того, что происходит и это привело к критике в наш адрес.

Мы сделали выводы и будем освещать работу таможенной службы (куда двигаемся, что делаем, результаты такой работы, планы и перспективы на будущее).

Раньше много писали, что здание ГТСУ на ул. Дегтяревской в Киеве было в плохом состоянии. Сегодня, входя в здание, я увидел, что здесь бурлят ремонтные работы. Скажите, это ваша инициатива?

– Да, это моя инициатива.

Люди должны быть обеспечены комфортными условиями работы.

– В СМИ появился ряд материалов (возможно, заказных), в которых утверждается, что в таможне продают должности. Впрочем, доказательств предоставлено не было. С другой стороны, таможенники в частных разговорах говорят, что вы в своей кадровой политике руководствуетесь именно профессионализмом таможенников, якобы назначаете на должности людей, которые аполитичны, удаленные от всех кланов. Чему верить в этой ситуации?

– Касательно профессиональности кадров – это моя принципиальная позиция. Я надеюсь, что мне удастся избегать ошибок. Хотя это тяжелый выбор. Очень много профессиональных таможенников ушли из системы. По разным причинам: люстрация, несогласие с политикой предыдущего руководства и т.д. Но при этом нельзя сказать, что в системе никого не осталось. Есть люди, которые знают, хотят и умеют работать честно, и готовы трудиться на благо страны и таможенной службы. Пытаюсь их отыскать. Я прекрасно понимаю, что причин для критики всегда будет предостаточно. Оценивать результаты будут не по количеству критики, а по тому, что нам удастся сделать для восстановления таможенной службы.

– Несколько утопический вопрос. Всех интересует, возможно ли побороть контрабанду в Украине или хотя бы снизить ее объемы. Видите ли вы пути для решения этой проблемы?

– Если говорить о так называемой товарной контрабанде (понятно, что речь не идет классической контрабанде – о незаконном перемещении через границу оружия, наркотиков и т.д.), то нарушения при перемещении через границу товаров в рамках внешнеэкономических операций можно значительно уменьшить. Мы этим занимаемся.

Как я уже говорил, мы начинаем мониторить оформления и будем усиливать работу в этом направлении. Скорее всего, в ближайшем будущем перейдем к круглосуточному мониторингу. Мы будем предлагать корректировать отдельные нормы Таможенного кодекса, чтобы усложнить жизнь контрабандистам и урезать возможности для нарушения таможенного законодательства.

К примеру, нужно ограничивать сроки перевозки товаров под таможенным контролем от границы до внутренней таможни. Сейчас они неоправданно завышены. В рамках одной таможни – это 5 суток. В рамках между двумя таможнями это – 10 суток. То есть от границы (от Ягодина до Киева) можно по закону ехать 10 суток. Извините, но за это время можно заехать на склад, выгрузить товар, загрузить товар прикрытия и спокойно приехать в Киев. Мало того, требования об обязательном наложении таможенных пломб на машину, которая въезжает в Украину под таможенным контролем, – нет. Поэтому даже нет никакого способа установить, что по факту было в машине.

– Это требует законодательных изменений?

– Частично, к примеру, сроки транзита – это законодательные изменения. Наложения таможенных пломб и таможенное обеспечение – это можно сделать проще, внедрив соответствующие профили риска и т.д.

– Только ленивый не говорил о наличии спрута контрабандных кланов в Украине. Насколько тяжело вам с ними бороться?

– Невзирая на то, что я уже месяц исполняю обязанности главы таможенной службы, пока этого не ощутил. До этого большую часть времени пришлось заниматься административными вопросами. Сейчас мы перешли к активным действиям по направлению выявления нарушений таможенного законодательства. Думаю, что в ближайшее время такое противодействие будет ощутимо, и критика, которая появляется в последнее время, свидетельствует о том, что у них начали появляться проблемы.

– В завершение интервью можете ли вы назвать ключевые вещи, которые от вас на посту требовал Президент Министр финансов?

– Ключевые вещи – таможня должна работать честно, без нареканий со стороны субъектов внешнеэкономической деятельности и граждан, которые пересекают границу.

Таможня должна стать системой, которой все мы будем гордиться.

Над реализацией этих задач мы и работаем.

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *